Прошлым летом я уже объясняла вам, чем собственно я занимаюсь, и почему это настолько важно, что меня во время войны объявили фигурой, "необходимой для функционирования народного хозяйства" (буквальный перевод с иврита), без которой жизнедеятельности больницы грозит крах: 
У тех, кто не в курсе, может возникнуть вопрос, а как же раньше больницы прекрасно работали безо всяких компьютеров? Отвечаю: то было раньше. Давно и неправда. Обстоятельства изменились кардинально. Теперь просто не существует той рабочей силы, которая когда-то таскала бумажки с этажа на этаж и занималась похожей черной работой. Поэтому если, например, результаты лабораторных, рентгеновских и прочих разных анализов не будут автоматически передаваться и заноситься в истории болезни, которые тоже, разумеется, полностью компьютеризированы; если рецепты автоматически же не попадут в аптеку, и не выполнится еще куча разных сложных и необходимых действий, то врачи не будут знать, кого, как и от чего лечить; сестры - какие процедуры/лекарства когда и кому делать/давать; аптека - какие лекарства готовить и поставлять в отделения; кухня не узнает, какая диета положена какому больному и т.д. и т.п. - что приведет к хаосу и весьма существенным неприятностям. 

При этом все эти системы и программы (лабораторные, рентгеновские, аптечные, истории болезней и т.п.) совершенно разные, часть из них - наши собственные разработки, часть - стандартные программы для всех больниц и клиник нашей больничной кассы, работают они под разными операционными системами, и при этом обязаны состыковываться между собой без проблем, передавая информацию.
Поэтому если в каких-либо системах или на их стыке происходит сбой, неполадки могут привести к весьма неприятным последствиям и должны устраняться в кратчайшие сроки.

Технической поддержкой у нас занимаются техники - 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. В рабочие часы они, естественно, присутствуют на работе, а в нерабочие дежурят по очереди. При этом они находятся у себя дома и готовы ответить на любой вызов. Через домашний компьютер они подключены к больничной сети, так что прежде всего пытаются решить проблему на расстоянии, а если это не удается, то приезжают в больницу.
Я занимаюсь разработкой программ, но если есть проблема, которую техник не может решить сам, он (она) обращается ко мне.

Вот как-то раз в пятницу около полудня раздается у меня в квартире звонок. Звонит дежурный техник и сообщает, что ей только что позвонили из приемного покоя о том, что неожиданно (вдруг, на ровном месте!) вместо всех результатов лабораторных анализов приходит сообщение об ошибке. Что делать?
Я спрашиваю, что происходит в других отделениях, она отвечает, что там все в порядке. Я решаю, что каким-то образом повредился файл, переводящий коды одной системы в коды другой, и прошу ее переписать этот файл из бэкапа. Переписывает - не помогает. Перезагружаем систему - с тем же результатом. В это время ей звонят из терапии с жалобой на то же самое, потом обрушивается лавина звонков из всех отделений. Совершенно непонятно, почему сбой не произошел сразу всюду, а расползается, как эпидемия. Вообще ничего не понятно. И что делать, тоже. Все попытки разобраться ни к чему не приводят. Пока что отделения выходят из положения, звоня в лабораторию и выясняя все ответы по телефону, так что лаборанты вынуждены вместо того, чтобы заниматься своими приборами, сидеть на телефоне. 

И тут я слышу совершенно дикую и невозможную вещь. Дело в том, что в то время я пыталась разобраться в разных сложных метафизических вопросах, связанных с общим устройством мироздания и тем, как это устройство отражается в одной из центральных еврейских молитв, которую верующие евреи произносят три раза в день. Получались у меня фантастически интересные, поразительные вещи, но в какой-то момент я застряла. Мозаика никак не хотела складываться из разрозненных кусков, так что я на время решила отложить эту проблему. А тут мне говорят, чтобы я отключилась от назревающей в больнице катастрофы и занялась этой самой чистой и отвлеченной метафизикой.

Вы можете себе представить ситуацию? Техник сидит дома, ждет указаний и пытается успокоить всех уверениями, что все вот-вот наладится. Неумолимо надвигается суббота, ясно, что оставлять больницу в таком состоянии на два выходных дня абсолютно невозможно, а от меня требуют перестать лихорадочно искать решение (ага, как же - ни в коем случае не думайте о зеленой гусенице!) и поразмышлять о вечном. 

Но делать нечего, я титаническим усилием погружаю себя в разбор молитв и их связей со строением мира. И через несколько минут приходит блаженное предвкушение -  вам знакомо такое ощущение: задача еще не решена, но вы знаете, что решение уже есть, оно уже найдено, еще мгновение, и все станет на свои места? И в этот момент озарения я понимаю, что там в больнице все уже в порядке. Я звоню технику, она с нетерпением отзывается: "Ну что? Придумала, как исправить?", на что я спокойно отвечаю: "Позвони в приемный покой, там уже все исправилось". - "Но ведь мы ничего не сделали!", - восклицает она. "А ты позвони и узнай", - уверенно отвечаю я. Она недоуменно берет трубку домашнего телефона (мы с ней разговариваем по мобильнику) и набирает номер, я слышу разговор: "Что? Уже все наладилось? Все анализы приходят нормально?".
Она растерянно вешает трубку и спрашивает меня: "Как ты это сделала?" Вместо ответа я прошу ее позвонить в остальные отделения. Она безропотно звонит и слышит отовсюду благодарности за налаженную работу.

"Как??????", - недоумевает она, я отшучиваюсь, что попыталась загипнотизировать компьютеры. Она потрясена, но скоро суббота, она тоже торопится заняться детьми и домашними делами, так что мы прощаемся. После этого случая все наши техники, кажется, всерьез начинают верить, что я умею заговаривать компьютеры на расстоянии. Во всяком случае, их уважение ко мне возрастает явно непропорционально моим заслугам.

У меня и после этого случая бывали на работе похожие ситуации, разве что менее драматичные. Когда все рушилось, а я не могла найти причину. И тогда я заставляла себя отключиться и читала молитву. И после этого оказывалось, что все уже в порядке, все наладилось, непонятно как.