Один из тестов пообещал мне жизнь до 118 лет (почему уж тогда не до 120?), при этом сообщив, что мой биологический возраст меньше того, который получается простым вычитанием одной даты из другой. Ну этим-то он меня нисколечко не удивил, потому как собственную инфантильность я вполне осознаю. 
Если остался в ЖЖ еще кто-то, кто не выяснил, сколько его кукушке еще кукарекать, то вот он тест.

Второй тест сообщил, что я иду дорогой мудрости, называемой Путем Дракона, в конце которой ждет меня познание Истины во всем ее сиянии. Это - в свете предыдущего - тоже меня не удивило, потому что по достижении обещанных 118-ти годков перспективой может быть либо полный маразм струльдбругов (см. "Приключения Гулливера" Джонатана Свифта), либо невыносимая просветленная мудрость драконов (см. "Земноморье" Урсулы Ле-Гуин"). 
Этот тест тут, если кто желает определиться, и еще не приобщился.

Третий тест сообщал мне, что видит меня на картине неведомого мне ранее по собственной серости Фредерика Лейтона, где "жаркий полдень, аромат экзотических цветов, томная нега Востока, где всё очень красиво, не хочется никуда спешить, а время как будто замерло". Что касается меня, то я, по мнению этого великодушного теста, "прекрасна, вечно молода и бессмертна" (это не я сказала, это тест!). Все это в принципе соответствует предыдущим двум, вы не находите? Раз время замерло, то можно запросто и не заметить, как докукует до 118.
Интересующихся отсылаю сюда.
Скажу честно - я ничего не подвирала и не приукрашивала, я просто, отвечая на каждый вопрос, пыталась выбрать среди нелепых ответов тот, который казался мне наименее дурацким.

В общем, все эти красоты навеяли на меня раздумья "за жизнь". И вспомнилось мне мое же собственное стихотворение, которому уже много-много лет, но которое я до сих пор считаю в некотором роде для себя программным. Кредо, что ли? 
Хотя скорее всего вам покажется, что оно не имеет никакого отношения ко всему вышесказанному. Но для меня эта связь существует и очевидна:

                                   ***

Почему-то звучит в темноте дребезжащая флейта,
почему-то болит
посредине, в сплетении нервов и слов, кровеносных сосудов, дорог и огней - там,
где гастрит или, может, колит,
или дырка в озоне,
недержание речи, эпохи, границ и неона,
растяженье понятий, и мышц, и обид.
Почему-то саднит
и стреляет
в пояснице и в ухе, в висок и по окнам, вдоль улиц, составов, суставов,
свист снарядов художественный в три октавы
до верхнего ля, и
сотрясенья и сдвиги коры то земли, а то мозга
отдаются толчками и крови и почвы,
и воздух
вырывается с хрипом из легких и кратеров, в корчах
континентов и тел.
Почему же звенит в темноте
тот мотив дребезжащий, то флейты, то скрипки,
все скрежещет и рвется, бессвязный и хлипкий,
неотмытый от золота, зла и золы,
вожделенный, проклятый, безупречный, корявый,
еле слышный от грохота крови и лавы,
заглушает их вечно,
                    и все время болит.


7 декабря 1993 г.